Евгения Храмова. О недетских конфликтах

Частное мнение высказывает конфликтолог Евгения Храмова

фото со страницы автора в Facebook
фото со страницы автора в Facebook

Страшное слово «буллинг» слыхали? Чего-нибудь о нем знаете? Не торопитесь ответить  «нет». А помните «Чучело» В. Железникова? Или одноименный по его мотивам киношедевр Ролана  Быкова? «Вот ты и не знаешь, что это такое, когда тебя гоняют, как зайца. А получается, раз побежал — значит, виноват», — говорит главная героиня. Правильно, буллинг (англ. bullying) – это попросту травля. Травля ребенка детьми. Если мы говорим о школьном буллинге. Есть и студенческий, и даже взрослый буллинг. Но самый страшный – это детский. О нем и поговорим.

Каждый из нас в далеком детстве так или иначе сталкивался с буллингом. Кто-то в роли гонявшего, кто-то в роли гоняемого. Мальчишек частенько поколачивали сверстники, а девочек до истерики травили сверстницы. Например из зависти: к новой модной одежке или ее отсутствию, к наличию интеллекта или  лучших оценок в школе, к непохожести на всех других из-за физических или психологических недостатков. Нынче травят за наличие или отсутствие гаджетов. Даже буллинг из-за этих гаджетов приобретает «инновационные» формы, например такую, как кибербуллинг – травля в социальных сетях, через смс и так далее. Получается эдакая разновидность сетевого конфликта (возвращаясь к нашей предыдущей публикации).

Да, вот так, от отсутствия гаджета к избиению на камеру и выкладыванию видео в YouTube. Хорошенькое развитие конфликтной ситуации? Это ли не конфликт? Нет. Нет у меня согласия с тем, что буллинг – не конфликт. Очевидно, что буллинг – это клубок конфликтов. С массой причин для каждого. И с еще большей массой последствий для каждого. Ведь проявляется буллинг в двух формах: психологической и физической. Основывается на несостоятельности жертвы защитить себя от нападок. А жертвами, как правило, становятся эмоционально неустойчивые дети: страх, злость, обида – это те «каналы», через которые инициаторы буллинга «пробивают» жертву.

Страшна в буллинге как позиция жертвы, так и позиция инициатора. Опять же вернемся к быковскому «Чучелу»: «Мы – детки из клетки! Вот кто мы!» Представляете себе последствия осознания сего факта не зрелой личностью, а подростком? Не тем, кого «гоняли», а гонявшего? Правильно, результатом будет психотравма. И это для начала. А выход? Где и кто должен искать выход из такого рода конфликтной ситуации?

Попытаемся разобраться. Во-первых, решать проблему буллинга нужно не с детьми. Времена «старших братьев» далеко в прошлом и технология эта нынче малодейственна. Хотя в целях установления доверия к вам вашего ребенка демонстративно «поговорить» с обидчиком или лидером обидчиков на глазах чада не повредит. В целом же это проблема взрослых: педагогов и родителей.

Во-вторых, решение буллинговой ситуации возможно с двух позиций воздействия: на гонителя и на жертву. В первом случае ребенку (подростку) важно объяснить, что буллинг имеет черты групповой преступности. Ярко и мотивированно объяснить последствия для него лично. В такой ситуации слаженно действовать должны все институты, отвечающие за воспитание подрастающего поколения.

Во втором случае необходимо показать ребенку, что его травят и попытаться научить, как действовать в конкретной ситуации. Как? Тут уже в приоритете родительская доминанта. Решение проблемы – будьте рядом с ребенком. Просто рядом. Он должен ощущать Ваше присутствие, даже если вы в сотнях километров от него. Не нужно вести «неусыпный контроль». Ощущение того, что вы рядом появится у ребенка только тогда, когда вы сформируете  в нем уверенность в «шаговой доступности» вас в любое время суток. Обсудите с ним сигнал SOS: всё равно будет ли это sms или просто «дозвон».

Главное – Ваш мгновенный ответ и установленный контакт. Помните, как в звягинцевском «Возвращении», мать примчалась к вышке, на которой сидел, замерзая, главный герой Иван? Это – правильная мама. Очень правильная. Пересмотрите на досуге этот кусок фильма. На уровне не профессиональном, но бытовом, он просто очень качественный пример поведения правильного родителя. Но кто из нас профессионал, дорогой читатель? А вот родителем нужно быть профессиональным. Дети не прощают непрофессионализма. Потому что чреват этот непрофессионализм в решении такого конфликта, как буллинг, весьма жесткими и жестокими социальными последствиями.

Буллинг может вылиться в агрессию в отношении бывших гонителей (как в одной из серий современного сериала «Метод»), вплоть до рецидивов (убийства, насилие). Он может быть чреват психологическими травмами, со временем приобретающими хронический характер у выросшего ребенка. С точки зрения психологии, буллинг вполне способен стать отправной точкой в формировании стереотипов, моделей поведения в будущем у ребенка. Это всегда психотравма. И оставлять ее подвешенной в детском сознании просто преступно. Поскольку самое страшное последствие буллинга – суицид. Здесь не буду приводить в пример продукты киноиндустрии. Здесь вполне можно обойтись новостными лентами, что гораздо нагляднее и действенней, чем кино.

Вполне закономерен ваш вопрос к автору этой статьи: почему так много фильмов упоминаете? Отвечаю. Жизнь – это не кино, где можно пленку назад отмотать, но кино – очень действенное и доступное искусство в помощь родителю в наращивании родительского профессионализма. Если же сомнения в профессионализме остаются, то вы знаете к кому обращаться – специалист по решению конфликтов в помощь и вы знаете где его искать.

Встретимся на портале Inkazan. Мы продолжим нашу конфликтную тему.

 

Lentainform

Загрузка...

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ