Публичные дома в Казани
В Российской империи проституция первоначально была запрещена. Однако, ввиду низкой эффективности наказаний и других карательных мер, а также увеличения роста венерологических заболеваний, по инициативе Николая I проституция в России была легализована. За данной деятельностью отныне должны были наблюдать полицейские и врачи. Inkazan расскажет о том, где находились публичные дома в Казани и как жили и работали представительницы "древнейшей профессии" в столице Татарстана в конце XIX - начале XX века.
INKAZAN
Между 1850-ми и 1890-ми годами в Казани было от 11 до 35 публичных домов, о которых официально знали власти. Между полицейскими, врачами и содержательницами публичных домов существовали деловые отношения: врачи проводили медицинские осмотры работниц борделей на предмет различных заболеваний, в первую очередь венерических; полиция контролировала соблюдение проститутками обязанностей по периодическому медосмотру, соблюдению норм работы и возрастных ограничений.

Проституткам и содержательницам борделей вместо паспортов выдавали «Заменительный билет» (он же «Желтый билет»). Также был «Медицинский билет» с отметками о посещении врача и уплате госпошлины. Путаны еженедельно подвергались медосмотру. Выезжать за пределы города могли только с разрешения полицейского управления. Работать они могли с шестнадцати лет Бордели должна были располагаться не ближе трехсот метров от церквей, училищ, школ.

Расположение публичных домов в Казани
В XIX веке публичные дома нельзя было размещать в центральном, аристократическом районе города. В центре Казани жили только «тайные» элитные проститутки-одиночки, чьими услугами пользовались особо состоятельные граждане.
Всего в Казани было два места, в которых концентрировались публичные заведения: это так называемая Мокрая слобода( теперь здесь находится казанский ж/д вокзал) и улица Пески в Суконной слободе ( сейчас здесь находится Парк тысячелетия Казани).
«С одной стороны Кабана -тихая Татарская слобода и огромная фабрика Крестовниковых, с другой стороны Пески, где всю ночь напролет пьют, дерутся. Иногда, сквозь молчание ночи, донесется с Песков, где сосредоточены "веселые дома" тоскующий, редко трезвый голос. Он поет модную в то время песню о девице, которая стояла
...под луной на поле серебристом
и уверяла небо - чистым
хранить до гроба свой покой»

Такие воспоминания сохранились у знаменитого певца Федора Шаляпина, который вырос в казанских трущобах. Позднее Федор в своих "Воспоминаниях" поделится с читателями своими размышлениями на тему продажной любви:
«Я не понимал, почему в театре о любви говорят так красиво, возвышенно и чисто, а в Суконной слободе любовь – грязное, похабное дело, возбуждающее злые насмешки? На сцене любовь вызывает подвиги, а на нашей улице – мордобой. Что же – есть две любви? Одна считается высшим счастьем жизни, а другая – распутством и грехом? Я видел, что все ищут любви, и знал, что все страдают от нее – женатые и холостые, чиновники и модистки, огородницы и рабочие. В этой области вообще было очень много страшного, недоступного разуму моему: девицы и молодые женщины пели о любви грустно, трогательно. Почему? А парни и многие мужчины рассказывали друг другу про любовь грубо, насмешливо и посещали публичные дома. Почему? Я знал, что такое публичный дом, и никак не мог связать это учреждение с любовью, о которой говорилось в «Даме с камелиями».
Так называемые "желтые билеты" выдавались взамен паспорта и налагали на свою обладательницу ряд обязательств, предоставляя возможность на законных основаниях торговать своим телом. Проститутки из Казанской губернии, например, в 1894 г. составили почти 30 % зарегистрированных «девушек для радости» на Макарьевской ярмарке, даже число их товарок из Нижегородской губернии составляло лишь около 26 %.
Правила для публичных женщинъ
1
Медосмотры
Каждая проститутка была обязана самостоятельно проходить медосмотр два раза в неделю и еще всякий раз, когда в этом возникала необходимость.
2
Содержание себя в чистоте
Каждая публичная женщина обязана была как можно чаще совершать омовения, по возможности менять белье после контакта с мужчиной и раз в неделю посещать баню.
3
Оплата проживания в публичном доме
Проститутки, проживающие в публичных домах, должны были отдавать в пользу содержательницы не более 3/4 от своего заработка. В замен этого содержательницы были обязаны обеспечивать своих работниц предметами первой необходимости, простой одеждой и едой.
В конце 1850-х-1870-х гг. абсолютное большинство проституток Казани составляли крестьянки и мещанки, чуть меньшее количество с представительницами каждой из двух упомянутых категорий составляли также солдатки и солдатские дочери. По статистике, каждый год состав проституток обновлялся примерно на треть.
К началу 1880-х гг. крестьянки составляют уже намного более половины казанских проституток, в то время как процент мещанок и солдаток снижается.
Вопрос о моральной допустимости такого выбора в среде низших и средних слоев города и сельских жителей, к которым принадлежало большинство проституток, решался по-разному.
Для большинства женщин занятие проституцией становилось трагедией, последним возможным способом к существованию. Однако некоторые не драматизировали своего положения и относились к своему ремеслу спокойно, как к вполне честному заработку.
«Безбилетные» проститутки, пойманные полицией Нижнего Новгорода на ярмарке. Все они оказались крестьянками из соседних деревень.
«Простонародье свыкается с проституцией, живущей бок о бок с ним, и начинает смотреть на это занятие, как на нечто обычное» - приводит слова современницы описываемых событий историк Светлана Малышева. « Сухая профессия, контракт, договор, почти что честная торговлишка, ни хуже, ни лучше какой-нибудь бакалейной торговли . Мещанские будни – и только», - так комментировал это отношение А.И.Куприн.
В 1895 г. в числе проституток официально разрешенных казанских домов терпимости было 109 русских и 30 татарских девушек.
Нельзя не заметить, что за сорок лет значительно возрос удельный вес официально зарегистрированных проституток-татарок – с 7-8 % в 1858-1859 гг. до 15,5 % - 21,5 % в 1890-х гг.
"Коммунизм - могила проституции!"
С приходом к власти партии большевиков изменилось и отношение к продажным женщинам.
В 1917 году после Февральской революции комитеты общественной безопасности, создававшиеся при уездных и городских думах, массово принимают решения о закрытии домов терпимости. Через пять лет в новом советском Уголовном кодексе вводится наказание за сутенерство, содержание притонов и вовлечение в проституцию – лишение свободы сроком до 3 лет с конфискацией имущества. При этом сами проститутки считаются жертвами жизненных обстоятельств – их пытаются перевоспитывать.

Советская власть открывала для проституток специальные профилактории, в которых женщины лечились, обучались грамоте и могли заниматься швейным трудом. В Санкт-Петербурге обитательницам подобного пансиона город выделял 50 бесплатных билетов в кино,их водили на экскурсии, а в 1929 году даже вывели отдельной колонной на первомайскую демонстрацию.

В 1929 году с окончанием НЭПа меняется отношение к проституткам – теперь их признают асоциальными элементами, вредящими (иногда сознательно) рабочему классу. Проституток отныне принудительно отправляют на трудовое перевоспитание, для чего создаются специальные исправительные колонии и лечебные профилактории. В 1937 г. эти учреждения входят в систему ГУЛАГа.
При подготовке статьи использованы материалы:
Светлана Малышева "Профессионалки, «арфистки», «любительницы»: проститутки в российском провинциальном городе второй половины XIX – начала XX вв".
Шаляпин Ф. И. "Страницы из моей жизни".




Made on
Tilda