Posted 30 ноября 2022, 13:10

Published 30 ноября 2022, 13:10

Modified 30 ноября 2022, 22:26

Updated 30 ноября 2022, 22:26

Учитель расстрелянной гимназии № 175: «Мы думали, что у нас начался Беслан»

30 ноября 2022, 13:10
Фото: inkazan.ru
Суд опросил учительницу 8а класса, попавшую под обстрел в гимназии № 175. На ее глазах Ильназ Галявиев убил семерых учеников, а самого педагога ранил. О том, почему класс был не закрыт и почему находящиеся в нем не слышали «криков» тревоги — в материале Inkazan.

Нападение на гимназию № 175 произошло 11 мая 2021 года. Ее бывший ученик, на тот момент 19-летний Ильназ Галявиев, вооружившись дробовиком, устроил стрельбу в учебном заведении. Погибли девять человек: двое взрослых и семеро детей. Галявиева арестовали в тот же день. Его сочли вменяемым, он признал свою вину. Нападавшему предъявили обвинение по нескольким статьям Уголовного Кодекса от «Убийства» до «Незаконного изготовления взрывчатых веществ». 

«Закрыть дверь!»

Верховный суд Казани продолжает опрос потерпевших по делу о нападении на гимназию. Допросили и учителя татарского языка и литературы Диляру Галиуллину, выжившию во время расстрела 8а класса, где погибли семеро детей. Саму Галиуллину Галявиев ранил в плечо. Женщина до сих пор проходит реабилитацию и ходит в специальном лангете. 

Рассказывая о дне нападения, Галиуллина вспоминает: первого урока у неё не было, поэтому в школу она пришла позже обычного. Поднялась в свой класс, где шел урок истории, положила свои вещи, взяла ноутбук и просто сидела. После звонка на перемену учитель вышла из класса, а дети остались внутри. 

«Они после праздника соскучились друг по другу, так общались», — вспоминает она. 

Вторым уроком был татарский язык. Школьники повторяли правила, но вдруг услышали хлопки, по громкоговорителю в коридоре раздался тревожный голос директора. По словам учительницы, что говорила руководитель, было непонятно, но она решила, что началась эвакуация. Чтобы узнать, что происходит, педагог вместе с детьми вышли в коридор, где она узнала у коллеги, о чем кричала директор. 

«Я быстренько собрала детей, мы побежали в класс. Я последняя зашла и закрыла дверь. Не на ключ. Просто закрыла. Дети начали паниковать, я успокаивала — все будет хорошо, сейчас закроем дверь. Я побежала к столу за ключом, а стол около окна, и вдруг раздался взрыв. От взрыва заглохли уши, завибрировали пол, стены, стёкла. Сказала детям: „Лезьте под парты“. Старосты Карим и Аделя мне помогали успокоить детей», — вспоминает сквозь слёзы учитель. 
Ильназ Галявиев
Фото: Inkazan

Пересказ только этого эпизода на судебном заседании занял не меньше 10 минут, однако, по словам Галиуллиной, все произошло за секунды. Дальше учитель пошла к столу за ключом, но не дошла — ей его перекинула ученица. Когда женщина с ключом подходила к двери, она отворилась. 

«В голове одна мысль „Закрыть дверь. Закрыть дверь“. И вдруг мне остался метр или сантиметров пятьдесят, но появился вооруженный человек в черном, в маске и весь озверевший, такой злой! Начал стрелять. Откуда у девятнадцатилетнего парня такая злость — я не понимаю», — вспоминает она. 

Первая пуля попала педагогу в правое плечо. От острой боли ранения второй руки она не почувствовала, лишь заметила, что все ее черное платье в крови, а рука висит. От боли женщина потеряла сознание. Когда она открыла глаза, то увидела лежащих детей и лужи крови. 

«Я слышу, Карим говорит: „У меня нет ноги“, но я говорю: „Ребята, я не могу вам помочь, у меня нет руки“», — рассказывает педагог. 

По ее словам, пока она была в полуотключенном состоянии дети прощались с ней. Она тоже прощалась и просила прощения, а в голове была одна мысль — начался Беслан. 

«Мы не ждали убийцу»

После рассказа учителя о произошедшем родители устроили ей настоящий допрос, практически в открытую обвиняя Галиуллину в бездействии. 

«Почему вы не держали эту дверь? Почему вы не держали?! Люди держали! Почему вы не держали?», — задавала вопросы мама погибшего Амира Волкова
«Мы не ждали убийцу. Я не предполагала, что нас придут убивать», — отвечала педагог. 

Почему 8а не успел замкнуть дверь, хотя все успели? В классе с 2020 года не работал динамик оповещателя. Именно поэтому учитель не разобрала, что говорит директор по громкоговорителю, и пошла в коридор, узнавать у коллег. Вернуться и запереть двери времени не хватило. 

Из показаний Галиуллиной следует, что она дважды докладывала руководству школы об этой проблеме. В первый раз из-за сломанной техники школьники не услышали радиопостановку, посвящённую Мусе Джалилю. Во второй раз пропустили учебную эвакуацию — лишь этот класс остался в школе. В третий раз — нападение Галявиева. 

«Все выгорело. Все было черное»

Суд допросил и учителя математики Анастасию Поликарпову. Во время нападения она вела урок у семиклассников в кабинете на первом этаже. Женщина вспоминает, что как только она начала объяснять школьникам новую тему, в коридоре начались громкие звуки, которые мешали ей вести урок. 

Она открыла дверь, чтобы посмотреть, что происходит, и увидела в коридоре ноги лежащей на полу коллеги. Рядом с ней стоял Галявиев с ружьем. 

«Я подумала, что ей стало плохо, что она упала в обморок, но потом по радиосвязи, по интонации директора , я поняла, что происходит ужасное», — вспоминает она. 

По ее словам, в эту же секунду она закрыла дверь и приказала детям принести ключ со стола, но они его не нашли. 

«Я села, дверь на себя держу! Дети попытались открыть окна, но там на двух окнах решетки, у них получилось открыть лишь одно. Я сказала, чтобы они прыгали в него. Когда все дети вышли, я бросила дверь и побежала к окну, залезла на подоконник и тут раздался взрыв. Меня вынесло волной из класса», — вспоминает Поликарпова. 

После падения она помогла оставшимся детям бежать до забора. В это время им стреляли  в спины. Как выяснилось позже, одна из учениц неудачно приземлилась и получила переломы позвонков, у Поликарповой — перелом стопы, у других детей — мелкие травмы. 

Когда на следующий день педагог вернулась в класс, то она увидела, что »все выгорело, все черное было». 

Судья поинтересовался, узнаёт ли Поликарпова Галявиева, сидящего за стеклом. Та ответила, что не видит его. 

«Галявиев, посмотрите на потерпевшую. Галявиев…» — говорил судья. Но он голову так и не поднял. В капюшоне, не отрывая глаз от пола, он просидел все заседание. 

Третьей допрошенной стала ещё одна учительница, чей урок шёл на первом этаже школы. Они были в классе вдвоём вместе с погибшей учительницей начальных классов Венерой Айзатовой. Как только началась стрельба, Айзатова вышла из класса, чтобы посмотреть, что происходит в коридоре. Педагог думала, что всему виной ЧП на кухне. 

«Потом я смотрю, а она обратно бежит. А в неё стреляют», — вспоминает ее коллега. 

Женщина упала вниз лицом. Второй педагог вместе с детьми притаились за партами. Дверь в класс также не закрыли. После они открыли окно и выпрыгнули из помещения. Почему Галявиев не зашёл в этот класс — неизвестно. 

Родителей погибших детей из 8а интересовал тот же вопрос: «Почему дверь не закрыли? А если бы он зашёл в ваш класс так, как он зашёл в наш?». Ответа на него они не получили.