Главное — не гасить «огонек»: каково будущее заброшенных церквей Татарстана?

Главное — не гасить «огонек»: каково будущее заброшенных церквей Татарстана?

7 июля , 18:01ОбществоPhoto: Inkazan
В селах Татарстана разрушаются десятки древних церквей, закрытых при советской власти. За какими-то из них следят прихожане, остальные доживают свой век в полях близ вымирающих сел. Inkazan выяснил, можно ли спасти исчезающее наследие.

В 1880 году жители села Люткино Пестречинского района решили построить молитвенный дом. Шесть лет спустя они обратились в духовную консисторию с просьбой разработать проект храма, средства на строительство которого пожертвовал казанский купец Михаил Попов. В 1889 году его освятили.

Церковь имела центральный купол и четыре маковки. Ее украсили фресками и резным деревянным иконостасом. В 1941 году храм закрыли, какое-то время в нем размещалось зернохранилище. 60 лет спустя обрушился купол. Сейчас здание в аварийном состоянии.

Храм в 70-е годы прошлого века
Photo:tatmitropolia.ru

В 2018 году Сергей Ясонов, правнук последнего священника местной церкви рассказывал, что в 1937 году его родственника арестовали и отправили в Казахстан. Вернувшись в Люткино его потомки планировали восстановить церковь, но, подсчитав расходы, решили, что проще построить новую.

На сайте митрополии сообщается, что в 2019 году казанская православная молодежь совместно с местными жителями привели в порядок храм и прилегающую территорию. На прошлых выходных сельчане снова собрались на территории церкви. 70-летняя жительница Люткино заявила Inkazan, что они регулярно убираются на объекте.

По ее словам, церковь была закрыта сколько она себя помнит. Однако внутри сохранялись росписи и иконы — местные жители приходили туда на православные праздники. Впоследствии все ценное вывезли в Пестрецы, купол обрушился, а венчающий его крест украли.

Женщина заявила, что сельчане надеются на восстановление храма, однако на помощь митрополии не надеются. Они собрали 50 тысяч рублей на восстановление небольшой часовни на подъезде к объекту, реставрация церкви для них оказалась неподъемной, поэтому ее территорию просто стараются держать в чистоте.

Photo:Inkazan

«Храм все равно восстанавливать надо. Я в ближайшее время туда доберусь сам, посмотрю, может быть, с людьми встречусь. Дам сначала задание священникам в округе», — пообещал Inkazan митрополит Казанский и Татарстанский Феофан. Он рассказал, что сейчас в республике идет процесс паспортизации храмов.

Данные о религиозных объектах собираются на уровне митрополии, затем отправляются в патриархию, откуда поступят в министерство культуры. По словам митрополита, это проблема актуальна не только в Татарстане, но и по всей России, поэтому нужна целевая программа восстановления древних церквей.

Феофан рассказал о своей идее создать фонд или движение, которое бы занималось возрождением церквей в том числе с помощью известных людей, которые родились в сельской местности и «встали на ноги». Возможно, в этом процессе должен присутствовать элемент соревнования.

«Самое главное, что нельзя надежду у людей гасить. Вот этот „огонек“ совместный. Что-то мы будем помогать. Конечно, начинать надо с самого главного — консервировать, чтобы дальше не шло разрушение. А потом уже постепенно… Все-таки опыт уже есть, много восстанавливается храмов сейчас у нас», — сказал Феофан.

В то же время процесс не только восстановления, но и консервации объектов от дальнейшего разрушения весьма сложен. По словам митрополита, как только люди или РПЦ приходит на объект, находятся те, кто указывает на необходимость согласования документов с минкультом.

Photo:tatmitropolia.ru

«А когда вы начнете собирать эти бумаги по реставрации, на них уходят годы даже. Это тоже проблема большая. Мы все можем потерять, в том-то и дело. Надо подумать, чтобы министерство культуры помогало именно консервировать. Хотя бы в какой-то степени не ставило спицы в колеса», — сказал Феофан.

Впрочем, сотрудничеством с образованным комитетом Татарстана по охране объектов культурного наследия и его руководителем Иваном Гущиным Феофан доволен, добавляя, что при этом «не все в наших силах и финансово, и физически. Гущин также рассказал Inkazan о «плотной» работе с РПЦ.

«Просто отреставрировать один храм — это 300 млн смело, учитывая с росписью и так далее. Смотря какой объем работ — приходишь конкретно к памятнику и понимаешь. Чтобы законсервировать, какой-то проект консервации нужен, чтобы понимать, что мы делаем», — сообщил он.

По словам главы комитета, существует много способов консервации. Что важно, учитывая, что очень много церквей находится без крыш. Сегодня законодательство предусматривает возможность проведения этого процесса с минимальными временными трудностями, сказал Гущин.

Вероятно, таким образом можно законсервировать полуразрушенный, но оберегаемый православным населением храм в селе Люткино. Тем более что, казалось бы, для митрополии он должен иметь особое значение: церковь построена во имя святого Гурия — первого архиепископа Казанского и Свияжского.

Photo:Inkazan

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter