Благородство по-татарстански: как Мусин «спас» ПСО «Казань», НКНХ и «Оргсинтез»

Благородство по-татарстански: как Мусин «спас» ПСО «Казань», НКНХ и «Оргсинтез»

10 сентября, 16:25ПроисшествияPhoto: inkazan.ru
В Вахитовском суде Казани сегодня продолжилось оглашение обвинительного заключения по делу экс-предправления ПАО «Татфондбанк» (ТФБ) Роберта Мусина. Он обвиняется в шести эпизодах злоупотребления своими полномочиями, а сумма ущерба превысила 53 млрд рублей.

Сегодня в здании суда около зала заседаний Мусина встречали журналисты и вкладчики ТФБ, чьи деньги сгорели в рухнувшем банке. Когда в коридоре появился бывший банкир, народ поднял шум. Были слышны выкрики «Вор!» и «Верни наши деньги!». Одна женщина в сердцах сказала: «Я понимаю, хлеб воруют, когда хочется есть. Но ты же воровал миллиарды!».

Photo:inkazan.ru

Слушание началось далеко не сразу. Не всем желающим присутствовать на заседании хватило мест на скамейках, из-за чего снова поднялся гвалт. Люди требовали дать им стулья или чтобы места освободили защитники Мусина, которые по словам вкладчиков не присутствовали на предварительном следствии.

Не получив желаемого, народ стал вопрошать у секретаря суда о том, где же более просторный зал, о котором они просили на прошлом заседании. Девушка несколько раз сказала, что в том помещении сегодня также иду процессы. Сгладить обстановку это не помогло.

Ясность внес судья. После начала заседания он сообщил, что следующий процесс пройдет в самом большом зале Вахитовского суда Казани.

Photo:inkazan.ru

По версии следствия, схема Мусина выглядела максимально просто. Он контролировал несколько фирм, давал указание формальному руководству, которое, по данным следствия, не было осведомлено о коварных замыслах экс-банкира, брать кредиты в ТФБ.

В это время, имея руководящий пост в кредитной организации, Мусин давал указания подчиненным, которые также ничего не знали о незаконной деятельности, одобрять его фирмам крупные кредиты на суммы свыше 100 млн рублей. Затем эти деньги утекали на счета самого Мусина и других его фирм. Одной из таких была компания «Новая нефтехимия».

Затем Мусин, когда ему стало известно о том, что ТФБ находится на грани банкротства, с помощью «Бинбанка» уступил ООО «Миг» обеспеченные залогами 32 кредита на общую сумму свыше 2,7 млрд рублей. То есть те договоры, деньги по которым было еще возможно вернуть. Среди должников в том числе числилась ООО «Сувар девелопмент» Андрея Мочалова.

Андрей Мочалов
Photo: business-gazeta.ru

Мочалова, впоследствии, в 2017 году задержали следователи и в марте 2017 года суд поместил его под домашний арест. 31 марта Верховный суд РТ снял эту меру пресечения.

Взамен лакомого куска кредитного пирога ТФБ получил собственные ценные бумаги, чья стоимость оказалось ничтожной, когда кредитная организация рухнула.

В 2016 году «Казаньоргсинтез» «ТАИФа» внес в ТФБ субординированный депозит, сумма которого равна 4 млрд рублей. Деньги предназначались для оздоровления банка и должны были стать его активом. Параллельно другая структура «ТАИФа» — ПАО «Нижнекамскнефтехим» (НКНХ) — обратилась за кредитом на аналогичную сумму, который впоследствии был одобрен.

Photo:inkazan.ru

Когда же банку начало грозить банкротство и НКНХ рисковал лишиться своих активов по требованию Центробанка (ЦБ), которые обеспечивали кредит, Мусин, по версии следствия, пошел на преступную схему.

«Сувар девеломпент» Мочалова, который, по словам гособвинения, не был осведомлен о преступных намерениях главы банка, принял от «Оргсинтеза» право требовать с ТФБ 2,2 млрд рублей, а «Новая нефтехимия» Мусина получила право на 1,8 млрд рублей.

Одновременно, в присутствии представителя ТФБ, НКНХ передал Мочалову обязательство по возврату кредита на сумму 2,2 млрд рублей, а «Нефтехимии» — на 1,8 млрд рублей.

ПАО «Нижнекамскнефтехим»
Photo:nknh.ru

После этого «Сувар» уступил «Нефтехимии» право требовать деньги с ТФБ. В конечном итоге, структура Мусина должна была и требовать деньги с банка, и выплатить кредит и проценты. При этом активы компании были явно в меньшей цене, чем активы НКНХ.

Был заключен договор, согласно которому изменения должны были вступить в силу либо в определенную дату, либо когда базовый капитал ТФБ станет ниже 4,5%.

Видя опасность для НКНХ, Мусин направил на предприятие письмо, сообщив, что капитал банка уменьшился до 4,5%, чего на самом деле не происходило, и цепочка с передачей договоров вступила в силу. ЦБ таких действий не одобрял.

Роберт Мусин
Photo:inkazan.ru

В случае с ПСО «Казань» ситуация выглядела следующим образом: владелец компании Равиль Зиганшин поручился в банке за девять кредитов казанского ООО «Инвестиционные активы» на сумму 1,35 млрд рублей и по трем кредитам на сумму 393 млн рублей за ООО «Грит Плюс».

Понимая, что структуре Зиганшина придется расплачиваться собственным имуществом в случае, если компании не вернут долг, Мусин дал указание вывести активы ПСО «Казань» из обеспечения кредита.

С этими действиями не согласилось Агентство по страхованию вкладов (АСВ), которое сейчас занимается банкротством ТФБ. В Арбитражном суде РТ оно потребовало, чтобы ПСО «Казань» выплатило этот долг. Однако Зиганшин заявил, что никаких подписей о поручительстве на документах не ставил.

Равиль Зиганшин
Photo: business-gazeta.ru

Была назначена почерковедческая экспертиза, которая подтвердила, что подпись под документами ставил именно Зиганшин. Однако представитель ПСО с этой позицией не согласился и потребовал назначить новую экспертизу. Но в итоге суд постановил взыскать деньги с ПСО «Казань».

В ближайшее время гособвинение планирует закончить оглашение обвинительного заключения Мусина, после чего судебное следствие перейдет в активную стадию. Необходимо допросить 152 свидетеля и троих потерпевших.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter